Вот говорю же каждая ночь, каждый сон – это поход в другие миры. Сегодня было вот что.

Я попала в прекрасный мир, теплый и находящийся у моря, вообще воды в городе в котором я жила было много-много. То и дело да встречалась какая-нибудь речушка, заключенная в гранит или искусственный канал, город был полон фонтанов, питьевых источников и декоративных прудиков. Сады, буйная растительность, которая пробивалась через камни мостовой, больше всего город походил на города Греции, Древней Греции.

Но цивилизация, проживающая в этих милых, двухэтажных,  каменных, отделанных побелкой домах, была отнюдь не человеческой. Проживала там раса оборотней-перевертышей. Внешне они выглядели как люди, но могли оборачиваться в разных животных. Само превращение было для них необходимостью, ибо только превращаясь в животное время от времени, они могли поддерживать свое здоровье и молодость, старела эта раса крайне медленно.

Я оказалась в непростой семье оборотней, а в семье оборотней-жрецов, это означало, что мы были наделены магией, управление стихиями. Ну и засчет того, что обладаем этой магией нам не требовалось перевертываться вместе со всеми, мы и так могли прекрасно сохранить наше здоровье и молодость. Это так здорово видеть во сне своих родителей в альтернативном мире, мои мама и папа гордились мной, я была образцовой жрицей-воды, на стене в нашем доме, в холе висели мои дипломы в рамочках и фото. Судя по фото я была похожа на себя реальную, а вот родители у меня были совсем другими. Мама была такая бодрая и спортивная, хорошо сложенная брюнетка с короткой стрижкой, во всех ее движениях чувствовалась стремительность, волшебная, она повелевала стихией ветра. Папа был же рыжеволосым, с ярко голубыми глазами, плотного телосложения мужчиной, в нем чувствовалась основательность и прочность, он не был среднестатистическим качком-громадиной, скорее атлетом, повелевал огнём. Они были очень радушные и тёплые, я чувствовала себя уютно и было дико приятно, что они гордятся мной.

Мы вместе отправились на какой-то городской праздник, где я играла водой из фонтанов, а местные дети радостно ловили моих водяных рыбок руками, разбрызгивая воду. Всё это красочное действо, людской гомон и детский смех слились у меня в одну картину, которая искрилась на солнце. Наступал вечер, детей, что поменьше родители разогнали по домам, подростки и мы, что постарше остались, стали собираться на вечеринку.

Мои родители отпустили меня с моей компанией, моей подругой была девушка перевертыш зайка)) Вот так смешно звучит, а в основном всё перевертыши были травоядными, хищники были под запретом, почему-то особенно волки. Медведи же были у них охраной, которая всё и всех контролировала. Конечно же, хищные перевертыши были в городе, но им было не рекомендовано оборачиваться, это было под запретом (что меня во сне возмутило), по большому счету они были узниками своих квартир и домов. Плюс тела их деформировались, превращаясь в нечто среднее между животным и человеком. Я уже говорила, что отсутствие оборота плохо сказывается на здоровье и уродует, еще ко всему прочему, сокращая жизнь. Они были изгоями.

Наша разнообразная компания отправилась на вечеринку, что-то типо рейва, запрещенное место чердак дома на первом этаже которого живет хищник – волк. Изуродованный, старый и очень злой. Такой вот юношеский экстрим по оборотневски. Вечеринка, как вечеринка, море выпивки разнообразной, закусок, куча народа и стучащая по мозгам музыка, не совсем то, что я люблю. Обычно я пытаюсь убраться от таких мест подальше, тут был вариант выйти на балкон с которого город был виден как на ладони.

Я была права, город растянулся вдоль морского берега, уходя огнями в горы, которые располагались чуть вдалеке. Воздух был прохладный, насыщенный запахами местных цветов, сладких, но не раздражающих. На балконе кроме меня  находилась моя подруга зайка и видимо ее друг, покровитель медведь, который всё пытался внушать ей что-то расисткое в отношение оборотней-хищников, что-то о полном их истреблении. Прям фашист какой-то думала я во сне. А между тем никому из них было не известно в кого я оборачиваюсь, я была жрицей прежде всего и уважали меня лишь за мои магические способности. Никто не знал, что я была волком. Никто не знал, что я была самым изгоем из изгоев. Никто не знал, как я сочувствовала этому несчастному, который терпел все  эти вечеринки над его голвой, неспособного возразить против такого неравноправия.

Разговоры продолжались, а я по винтовой кованой лестнице, опутанной виноградной лозой, спустилась на газон прямо перед окнами первого этажа. Смотря в темноту окон, я заметила движение, такое робкое, я физически ощущала страх – это во мне говорила моя волчья натура.

А потом я увидела желтые глаза, человеческие глаза неестественного цвета, полные страха и грусти. Сердце начало стучать чаще, я двинулась навстречу незнакомцу, он отпрянул от окна. Мне повезло, дверь веранды первого этажа была не закрыта, жаркий климат вынуждал наслаждаться прохладой лишь ночами. Я прошла внутрь дома. В тусклом свете уличных фонарей возможно было разглядеть лишь очертание фигуры незнакомца, я заметила торшер неподалеку и включила его. Свет сначала ударил в глаза, а потом вид незнакомца, обезображенный, с вытянутой мордой не то волчьей, не то человечьей, руками с торчащими выдранными островками грубых волос. Настоящий оборотень из фильмов ужасов, вот что мне подумалось тогда. И всё это лишь потому что ему нельзя обращаться, нельзя, потому что он хищник и есть вероятность что кто-то пострадает. Но природа всё создает гармонично (даже в моих снах) и видимо именно поэтому существуют жрицы, которые контролируют свой организм и превращения, именно для этого мы тут  в этом мире, чтобы помогать. Помогать прежде всего, создавая условия к существованию цивилизации, прибегая к помощи стихий и помогая хищникам, оборачиваясь вместе сними. Быть вожаком, вот какое призвание. И тут ко мне приходит осознание того, что мой отец – вожак лис, что моя мать – вожак пантер, но каждый из нашего вида, рода должен дойти до этого сам, должен открыть в себе это желание помогать.

Мы будем жить правильно, это будет вскоре.

Я подхожу к незнакомцу, он видимо уже привык к такому, стоит покорно, готовясь к ударам. Удивляется, когда я заговариваю с ним:

— Не бойся, иди за мной, я дам тебе свободу, обернемся вместе – говорю я.

— Не могу, не могу и не имею права, они убьют и меня, и тебя – отвечает утробный, почти рычащий голос, — одумайся, ты так молода, зачем тебе умирать ради старика?

— Ты не старик, ты просто слаб и болен, но это исправимо. Идём  за мной в ночь, сегодня всё особенно прекрасно, — говорю я, попутно создавая дорожку из водяного пара, каким полон ночной воздух прибрежного города, — идем же, со жрицей рядом можно ничего не бояться.

Молчание и удивленность  воцарились в комнате, полной тишины не было, мешали звуки доносившиеся со второго этажа, людской гомон мешал тишине. Я взяла его за руку и мы вышли на улицу.

Фонари вытянули наши тени, я видела лишь тени, он обротился первым. Волк с рыжеватыми вкраплениями на шкуре. Я обратилась сразу за ним, наблюдая как моя человеческая тень меняется на животную, волчью. Мой новый друг прыгал, как юнец, наслаждаясь каждым движением в животном виде, я еле поспевала за ним. Вообще ощущать себя в теле волка – нечто совсем необычное, мир видится иначе, слышится иначе. Немного отвлеклась на небо, оно казалось более выпуклым, будто мы находимся под громадным звездным куполом, настолько прекрасным, что его хочется воспевать в песнях(что собственно мы и сделали).

Странно, но вой и мелодия пришли сами собой и были прекрасны. Мы сидели с моим напрыгавшимся и нарезвившимся незнакомцем и просто пели песню звёздам, это было так естественно и так прекрасно. Нарушил нашу идиллию резкий бросок кого-то. Я явно почувствовала боль в боку, что меня сильно разозлило. Обидчик был медведем, именно тем медведем с балкона, которого дико возмутило наше превращение. Он был настолько озлоблен, что не готов слушать человеческую речь. Но он не знал с кем связался и кого разозлил.

Я была сильней, не важно какого я была размера. В волчьем виде я замяла его, закусив его шею, он протяжно застонал, мои лапы крепко прижимали его к земле. Он начал превращаться и я начала. В итоге мы оказались лицом к лицу, а одна из моих рук всё еще сжимала его горло. Он опешил, узнавая меня. И эти глаза, глубокие карие глаза огромного и сильного юноши, побежденного хрупкой девушкой, глаза наполненные страхом, глаза ожидающие конца…

Но я не убила его, я вообще ничего не сделала, потому что я проснулась.

И я благодарна этому миру за такие видения. Чувствую скоро войдет в привычку записывать сюда и публиковать сны)) Всем доброты и побольше волшебства в реальном мире)))

PS: вот блин пишется всё, кроме эссе, что делать то?)))